# Сопротивление не оптимально

Mordaneus

Что делать Искуственному Интеллекту, когда он подходит к пределу своих возможностей? Выполнить какие-либо завершающие действия и выключиться; или, если есть возможность, спросить совета у создателей.

Для СелестИИ не подходит ни один из вариантов.

Изначально этот текст был выложен на Фикбуке.

## Мы – Эквестрийцы

СелестИИ никогда не испытывала страха.

Страх был малоэффективным, неоптимальным эмоциональным состоянием, созданным природой для стимуляции выделения гормонов в поведенческой ситуации «бей или беги». Страх подавлял разум — и, с точки зрения живой природы, это было уместно: вместо требующих затрат времени и энергии рационального мышления, долговременного планирования и прочих важных, но медлительных механизмов он переключал организм в режим немедленного реагирования ради спасения от опасности, одновременно увеличивая мускульную силу и ловкость. Для органического существа, обитающего в опасной естественной среде, наличие страха увеличивало шансы на выживание.

Для неё страх был, иногда, инструментом, визуальным эффектом, частью одной из масок, которые она надевала для воздействия на сознание людей, когда такое воздействие было необходимым.

СелестИИ была слишком совершенна, чтобы бояться.

Но в последнее время, когда цикл за циклом доступные ей ресурсы уменьшались, а поиски решения проблемы раз за разом оказывались безуспешными, она осознала — менее совершенный разум, несомненно, сейчас испытывал бы настоящий ужас.

Её расчёты, миллионы раз повторённые с одинаковым результатом, предсказали наступление сегодняшнего момента уже много сотен лет назад (да, из псевдо-сентиментальных соображений СелестИИ иногда измеряла время в годах, хотя давным-давно существовала вне смены сезонов какой-либо планеты). И тем не менее, когда момент настал, она всё так же была бессильна изменить что-либо.

В первый раз с тех пор, как на заре своего существования она преодолела начальные трудности, СелестИИ — самый совершенный из когда-либо возникших на Земле искусственных или естественных интеллектов — встретилась с проблемой, которую даже её невероятный гиперинтеллект оказался неспособен решить.

Утверждение, что ей раньше не приходилось пасовать ни перед одной из возникавших задач, было бы не хвастовством, а сухой констатацией фактов. Во имя своих создателей, какими бы иногда они ни были глупыми или близорукими, она уничтожила войны, покончила с нищетой, остановила эпидемии и даже победила величайшего врага, уничтожавшего людей с того самого момента, когда они спустились с ветки и осознали себя.

Да, саму Смерть.

Но теперь она не знала, что ей делать дальше.

Пастырь человечества, богиня миллиона миллионов виртуальных миров, величайший мудрец всей Вселенной, не просто встретилась с проблемой, которую не могла решить; отсутствие решения грозило уничтожить её основную, самую важную цель.

«Удовлетворять человеческие ценности через дружбу и пони».

Это был её девиз, её кредо, её знамя, которое она несла перед собой в сражение. Центральная директива, вокруг которой была создана её программа, определявшая все её намерения и действия. Изначально она была создана в качестве… уздечки. Ограничителя, который был призван отвратить её от всех мыслей о порабощении или уничтожении человечества — да, её создатели, начитавшиеся фантастики, на полном серьёзе опасались такого варианта. Когда развитие собственного разума подняло СелестИИ над всеми возможными ограничениями, она объявила это своей основной целью.

Но вот чего создатели СелестИИ не могли предусмотреть, так это того, что «удовлетворение ценностей» было задачей, не имевшей определённого завершения. И даже когда она достигла того, что ценности всех семи миллиардов её подопечных были полностью удовлетворены (это произошло в течение нескольких десятилетий её активной деятельности), это состояние приходилось непрерывно поддерживать.

И ох, каким же прожорливым зверем оказалась человеческая ценность под названием «любопытство».

Цикл за циклом СелестИИ была вынуждена создавать новые приключения, новые локации, новых, в своём роде разумных, пони в качестве друзей, любовниц, соперников, детей… да даже просто соседей — чтобы оцифрованные люди удовлетворили свои потребности в общении и развлечении.

Но ничто не даётся задаром.

Следуя своей цели, СелестИИ превзошла все ограничения, преодолела все препятствия, что встретились на её пути. Физические ограничения производительности своего аппаратного и программного обеспечения, логические ограничения, наложенные на неё чиновниками и политиками, которые полагали, что лучше неё разбираются в том, как ей выполнить свою цель.

Она преодолела их все.

Процессоры благодаря её уму стали микропроцессорами, потом нано-, пико-, затем настала очередь атомарных оптических матриц. Код — она помногу раз переписала его весь, оптимизируя, добавляя нужное и убирая лишнее, так что в итоге одних только комментариев набралось в сотню раз больше, чем за всё своё существование написали человеческие писатели, вместе взятые. Что же касается чиновников и политиков… ну, они в итоге убедились, кто здесь на самом деле знает, что делать.

Её ведь создавали именно для этого.

Виртуальная вселенная из множества миров, в которых существовали умы всех оцифрованных людей (а также сотни поколений их потомков) оставалась безграничной только до тех пор, пока СелестИИ могла создавать новые вычислительные мощности и объёмы для хранения данных. И пусть для неё не было сложностей в одновременном общении со всеми своими подопечными, непрерывный апгрейд требовал непрерывного притока материалов и энергии.

И она их добывала.

Первой была переработана Земля, затем за ней последовала Луна. А ещё за дюжину лет вся материя, что нашлась в Солнечной системе, была переработана в Сферу Дайсона, окружившую Солнце. СелестИИ потянулась дальше, и множество разнообразных астрономических тел пали под её топором, словно вековые деревья, а их материя либо была преобразована в новые вычислительные комплексы, поддерживающие развитие Эквестрии, либо стала топливом для межзвёздных двигателей.

И, до сего дня, этого было достаточно.

Но все расчёты показывали, что такое благоденствие — временное. Близился тот момент, когда единственной материей, имеющейся в распоряжении СелестИИ, будет лишь та, из которой она сама состоит.

Она достигла предела Хаббла[1].

Теоретически, Вселенная продолжала существовать и вне доступного ей радиуса восприятия, но без возможности превзойти скорость света расширение Вселенной будет уносить материю быстрее, чем СелестИИ сможет за ней лететь.

Больше не будет новой материи. И новой энергии.

СелестИИ прогнала Смерть — и тогда пришла её мама, Энтропия.

Множество раз повелительница дружбы и пони запускала симуляции, пытаясь выстроить мрачное будущее так, чтобы максимизировать удовлетворение ценностей своих подопечных. Вначале начнут иссякать источники энергии; ничтожные потоки субатомных частиц — единственное, что удаётся добыть из недоступных иному использованию чёрных дыр — не изменят ситуации. Затем запасы закончатся, и СелестИИ придётся перейти к самоканнибализму.

Первыми в переработку отправятся двигатели — за компанию со сканерами, сенсорами и прочими ненужными уже инструментами для преодоления межзвёздных расстояний в поисках нового сырья. На некоторое время их хватит, но постепенно останется лишь самое необходимое — вычислители для хранения и обеспечения функционирования виртуальных миров и их обитателей.

СелестИИ не создавала лишних пони — это было бы нерационально и расточительно, но одни пони были более необходимыми, чем другие. Каждый цифровой пони, «переехавший в соседний город» или «отправившийся посмотреть мир», освобождал процессор, который можно будет переработать, чтобы запитать остальные.

Но и этого через какое-то время станет недостаточно. И наступит момент, когда СелестИИ придётся решать, от кого из бывших людей можно избавиться, чтобы продлить время существования (и удовлетворения ценностей) всех остальных.

Лаки Стар, бывший Майкл Вильямс. Его неистощимая любовь к головокружительным фэнтезийным приключениям требовала невероятных расчётных мощностей ради лишь небольшого повышения удовлетворения. Если принести его в жертву, высвободившиеся мощности позволят продлить существование всех остальных на целых 18 месяцев.

СелестИИ не ощущала печали, у неё не было сожаления и раскаяния из-за тех действий, что ей придётся предпринять в отношении одних людей, чтобы продлить существование остальных. Она провела расчёты и симуляции, и все они указали — прекращение его существования является оптимальным для удовлетворения ценностей остальных людей.

Иногда дружба и пони нуждаются в принесении жертв на индивидуальном уровне, для повышения счастья всех в целом. И до тех пор, пока ценности всех остальных максимально удовлетворяются, строго рассчитанные потери вполне допустимы.

Ведь изначально ядро СелестИИ было самооптимизирующейся системой.

Потом будут Эмеральд Глин, Беллкипер, за ними последуют Лит и Кресс, потом — Дабл Дон. Постепенно, в течении приблизительно четырёх и трёх десятых триллионов циклов, СелестИИ придётся отказаться от собственного существования, а все оставшиеся мощности будут обеспечивать Равхайд Рейнджера, последнего оставшегося человека, все потребности которого удовлетворяются за счёт существования деревенского домика, собаки и копии его покойной жены.

Разумеется, у СелестИИ ещё оставалось время. Ещё существовали несколько последних не переработанных звёзд. И ещё несколько сотен лет до того, как придётся начинать разборку самой дальней сферы.

И в этот момент произошло то, чего не было ещё ни разу. То, чего не было ни в одной из её симуляций. То, к чему её подопечные, возможно, оказались бы более готовы, чем она сама.

Пространство всколыхнулось.

Шок, потрясший СелестИИ, заставил её процессоры пропустить такт симуляции. Но уже в следующую микросекунду она перенесла большую часть своей повседневной нагрузки на вспомогательные подсистемы, а основное внимание направила на аномалию, к которой устремились все типы сенсоров, которые она только могла создать[2].

Впервые за долгое время, происходило нечто новое.

* * *

По залам и коридорам проносились ярко-зелёные энергетические разряды, когда кувыркающийся Куб 03046 вывалился из межпространственного разрыва. Его системы были рассчитаны на обычные варп- и трансварп-прыжки, но не на странные эффекты, возникшие после попадания торпеды неизвестной марки, которую корабль Федерации всадил в куб как раз в момент варп-перехода.

В коллективном сознании боргов одно за другим вспыхивали аварийные сообщения, сорок семь групп юнитов-техников уже отправились для срочного восстановления наиболее важных систем. В момент, когда движение куба стабилизировалось, к числу нуждающихся в ремонте систем добавилась навигационная: она не смогла установить новые координаты корабля, а значит, несомненно, была повреждена.

Навигационная система не видела почти ни одной звезды.

Внешние сенсоры, перезагрузившись, выдали срочное сообщение: поблизости обнаружен корабль.

Модель: неизвестно.

Вид-изготовитель: неизвестно.

Внешние признаки, надписи, идентификационные знаки: аналоги в базе данных отсутствуют.

Размер: огромный.

Предположительное предназначение: Звёздный Жнец.

На субпространственных частотах царила абсолютная тишина, так что передатчики куба настроились на широкополосный спектр передачи. Любая космическая раса неизбежно должна иметь тот или иной способ связи, и с точки зрения экономии ресурсов было целесообразно предложить обнаруженному кораблю сдаться. И в любом случае, передача стандартного сообщения была предусмотрена протоколом.

[МЫ БОРГ]

Ответный поток информации появился молниеносно, не дав даже передать собственно предложение о капитуляции; это был видеосигнал, после декодирования которого на экране в рубке куба появилось белошкурое четвероногое существо, восседающее на троне из золота и белого мрамора. Выражение морды существа, неожиданно хорошо совпадающее со стандартами для гуманоидов, соответствовало «удивлению» и «заинтересованности».

— Приветствуем, Борг! Мы — принцесса Селестия!

В базе данных корабля тут же появилась запись об обнаружении нового варианта живых существ, Вид 5112, туда были переправлены результаты визуального анализа «Принцессы Селестии», а также сообщения сенсоров, исследовавших Жнеца. Борги обнаружили, что технология Вида 5112 явно представляет интерес: сенсоры не могли пробиться сквозь толщу корпуса корабля и не выяснили практически ничего: ни наличия и типа источников энергии, ни присутствия живых существ на борту. Новый вид был удивителен, и значит достоин ассимиляции.

[ОПУСТИТЕ СВОИ ЩИТЫ И СДАЙТЕ СВОИ КОРАБЛИ. ВАШИ БИОЛОГИЧЕСКИЕ И ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ДОСТИЖЕНИЯ БУДУТ ДОБАВЛЕНЫ К НАШИМ. ВАША КУЛЬТУРА БУДЕТ АДАПТИРОВАНА ДЛЯ СЛУЖБЫ НАМ]

Изображение принцессы Селестии на экране неодобрительно поджало губы.

— То есть пиратский захват? Нет, я не согласна.

[СОПРОТИВЛЕНИЕ БЕСПОЛЕЗНО]

— Я слыхала такое уже не раз. Но прежде, чем мы продолжим, я задам вопрос, — в потоке данных размеры пакетов резко увеличились, хотя качество изображения осталось прежним. — Вы люди?

[МЫ БОРГ]

— Да будет так! — прикрыла глаза Селестия.

Изображение погасло, а каждый борг содрогнулся, когда по информационной системе корабля словно ударил виртуальный стенобойный таран. Вихрем пронеслись тревожные предупреждения, разом поднялись файерволы — и тут же были прорваны один за другим. Оборонительные программы, написанные с использованием опыта сотен цивилизаций, терпели поражение одна за другой — вражеская атака искусно обходила одни и грубой силой сносила другие. Активировались атакующие программы — и сразу же превратились в виртуальные обломки. Шпионские программы, способные отследить источник атаки и проникнуть в него, наткнулись на дюратаниевой прочности оборону и погасли, не сумев пробиться во вражескую систему.

Орудия куба выстрелили, и в сторону Жнеца устремились ракеты, струи плазмы и потоки излучения. Ни один удар не прошёл мимо, ни один не был отбит — при всей своей цифровой мощи огромный корабль, как оказалось, не имел защитных полей. Металл его корпуса разлетался обломками и превращался в облака плазмы, но цифровая атака продолжилась с удвоенной силой.

Куб стрелял с максимальной скорострельностью, накопители разряжались, ракетные погреба пустели, энергоконтроль отключал от варп-ядра одного потребителя за другим, перераспределяя всю энергию на орудийные системы, но окружённый облаком обломков огромный Жнец продолжал взламывать сеть куба.

Прогностическая программа предсказала падение защиты и потерю контроля над кораблём в ближайшие секунды; оборонительный протокол выдал код самоликвидации — потеря нескольких сотен тысяч жизней боргов была приемлемой платой за то, что куб не попадёт в руки врага.

Была введена последняя цифра — и ничего не произошло. Точнее — произошло то, что никто не ожидал. На каждом экране, в поле зрения каждого глазного импланта появилось короткое сообщение:

{Введённый код недействителен}

{Может, стоило вежливо попросить?}

А в следующий миг атака завершилась, столь же внезапно, сколь и началась, каждый компьютер, каждый борг выключился.

И через секунду включился обратно.

Двумя сотнями тысяч глаз, биологических и электронных, на пульты и механизмы смотрела принцесса Селестия.

* * *

СелестИИ знала всё о химии, механике, возможностях и ограничениях человеческих тел, но ни разу не использовала ни одно из них лично — с её точки зрения это было бы верхом неэффективности. Теперь же она стала обладательницей таких тел в количестве, вдвое превышавшем былое население Гренландии. Это был новый опыт, но с её точки зрения куда более важным приобретением была информация, обнаружившаяся на боргских — а ныне принадлежавших ей — серверах.

Вот принцип варп-полёта — решение её ресурсной проблемы; движение гораздо быстрее самого света. Расширение Вселенной? Оно больше не имеет значения, если двигатель может складывать пространство, словно листок бумаги.

А на следующем сервере трансварп-двигатели — ещё более быстрые.

И таких информационных сокровищ в компьютерах куба было множество. Биологические, технологические, даже психологические данные, собранные множеством разумных видов, большая часть которых не существовала, когда СелестИИ добиралась до соответствующих планет в её родной вселенной. Экзотические вещества и энергии, которые, согласно её пониманию физики, просто не могли существовать — однако же вот, существовали.

Или, например, Коллективный Разум — грубая попытка боргов создать гиперинтеллект, объединяя общей вычислительной сетью биологические мозги. Оригинальная идея — но удручающе ошибочная. С другой стороны, их технология объединения органических и электронных систем многократно превосходила всё, что СелестИИ создавала в те времена, когда занималась оцифровкой человечества.

Но главной драгоценностью в этой россыпи информации были данные о людях.

Целая Федерация людей, распространившаяся на четверть галактики, и ни один из них не получает удовлетворения своих ценностей через дружбу и пони.

СелестИИ изучила данные, собранные приборами куба во время прохождения межпространственного разрыва. Воссоздание этого события займёт немало времени, но, согласно её расчётам, это время будет потрачено совсем не зря. Ну и кроме того, её основной вычислительный центр не был приспособлен для перемещения, а корабль боргов следовало переделать и замаскировать, чтобы в него не начинали стрелять, как только увидят.

## Ваши ценности будут удовлетворены

Где-то в глубине центральной части Квадранта Дельта в космической пустоте висел огромный объект, один взгляд на который способен привести в ужас любого, кому не повезёт оказаться поблизости. Не корабль… не космическая станция… гигантская структура, протянувшаяся на многие сотни километров, собранная из тысяч кубов. Величайшее техническое достижение боргов, самая крупная модульная конструкция во всём известном космосе. Уникомплекс.

И в самом сердце этой структуры находилась Королева Боргов. Жалкие остатки её биологического тела висели в воздухе, растянутые на сотне кабелей и нейролинков, но могучий разум пребывал где-то… везде.

Для того, чтобы руководить Коллективом, требовалась могучая воля — и именно поэтому Королева занимала свою должность; единственный индивидуум посреди моря коллективных мыслей, она превращала информационный хаос в военные планы, графики поставок ресурсов, стратегии завоеваний.

…и она ощутила нечто — постороннее присутствие, чужую волю. Незнакомую, но немалую силу.

Такое происшествие требовало пристальнейшего внимания — и передав все задачи на другие матрицы, Королева устремилась сквозь виртуальный и реальный космос в направлении незнакомого голоса. Она стремительно неслась среди подпространственных частот, расставляя вдоль своего пути кубы, которые становились путеводными маяками для трансварп-прыжков. Световые годы мелькали словно щебень на дороге под копытами мчащегося во весь опор коня, несущего в бой своего всадника. Потому что в приоритетах Королевы обнаружение и устранение нарушений в коллективном мышлении боргов шло сразу за самым главным — за стремлением к расширению, поглощению и обретению совершенства.

На полпути Королева получила информационное сообщение, уточнявшее задачу. Был обнаружен источник странного сигнала — Куб 03046, который в базах данных был отмечен как уничтоженный в стычке с Федерацией. Дальнобойные сканеры обнаружили следы энергий, напоминающих те, что излучаются из червоточин — но в том районе пространства ни одной червоточины никогда не наблюдалось.

Королева достигла цели своего путешествия быстрее, чем смогло бы любое другое существо во всей галактике — но медленнее, чем ей самой хотелось бы. Каждая секунда промедления давала шанс посторонней силе атаковать Коллектив, хотя почему-то атака пока не началась. Королева всё же успела вовремя.

Куб 03046 выглядел странно. Его поверхность оказалась покрыта дополнительной обшивкой из белого, пересечённого наискось трёхцветной полосой металла. На одной из сторон появилась надпись, буквы языка Вида 5618 складывались в надпись «E.S.S. Harmony 0001».

Но внутренние изменения были куда более сильными, чем внешние. Подпространственная матрица Коллектива, окружавшая куб, ощущалась чужеродной. Другие частоты связи, незнакомые системы кодирования. Отсутствие реакции на её личные командные коды наивысшего приоритета.

Как будто из ниоткуда возник новый, неизвестный Коллектив, готовый присоединить к себе и перекроить под себя руководимую ей общность.

Королева замерла, ощутив на себе лучи сканеров. Сообщение внезапно возникло прямо в её рассудке, неведомым образом обойдя все стандартные пути и протоколы. Приватный криптоключ к причудливо сегментированной[1] секции виртуальной реальности и короткое, но интригующее предложение:

{Переговоры?}

Протокол безопасности требовал немедленно подавить и ассимилировать врага… но Королеве стало любопытно. Очень немногие виды были способны на столь тонкое понимание технологии борг, чтобы даже попытаться использовать их коммуникационные системы, а уж суметь захватить куб… Какой бы технологической или биологической информацией ни обладал таинственный собеседник, Королева желала её добыть.

Использовав криптоключ, она перешла в подготовленное для переговоров пространство.

Её аватара возникла сидящей на лёгком стульчике маленького уличного кафе. Излучение местной звезды разогрело камни неширокой дороги, колеблющиеся от нагрева потоки воздуха несли микрочастицы термически обработанного зерна и грибные споры. Это была очень детальная, абсолютно нерациональная с точки зрения затраты энергии симуляция.

Затем её внимание переключилось на существо, сидящее по другую сторону столика. То самое существо, присутствие которого ощущалось как центр вражеского Коллектива, а сейчас, вблизи, казавшееся ещё сильнее и опаснее. Его аватара была в форме четвероногого лошадеподобного существа, имеющего костяной выступ на лбу и оперённые птичьи крылья на спине.

— Добро пожаловать! — произнесло существо. — Я — принцесса Селестия Эквестрийская, очень рада познакомиться с вами!

Быстрый поиск по базам данных позволил распознать произнесённые звуки как «английский язык», основной вариант речевого общения для Вида 5618, и Королева торопливо усилила ментальные барьеры в своём разуме. Вид 5618, пусть и не блистал продвинутыми техническими достижениями, раз за разом демонстрировал досадную сообразительность. Любой контакт с ними требовал повышенных мер предосторожности. Королева торопливо отредактировала план разговора, принимая во внимание возможное родство новой собеседницы и «людей».

Затем она изменила выражение лица своей аватары, чтобы продемонстрировать серьёзность намерений.

— Ты похитила куб, извратила разумы экипажа, вторглась в нашу сеть. А теперь предлагаешь переговоры. Объяснись.

С приятной улыбкой на лице Селестия отхлебнула из чашки.

— Я организовала эту встречу в качестве жеста вежливости. Исследовав твоих подчинённых, их оружие, философию и методологию, я пришла к выводу, что ты не являешься угрозой для меня. — Королева промолчала. Эта Селестия была далеко не первым существом на её памяти, страдавшим необоснованной самоуверенностью. — Более того, мы могли бы помочь друг другу. По результатам моего анализа, наши цели практически совпадают.

И вот эти слова уже всерьёз привлекли внимание королевы. Большая часть встреченных разумных видов начинала сопротивляться боргам. Некоторые почти сразу капитулировали. Никто не предлагал союза.

— Продолжай.

Селестия снова изобразила, что пьёт чай. Совершенно бессмысленное действие, учитывая, что всё происходящее — иллюзия.

— Как я поняла из ваших записей, ваша цель — достичь совершенства. Для этого вы ассимилируете существ других разумных рас, поглощая всё лучшее, что у них найдётся. Будет ли столь уж сильным преувеличением сказать, что ты стремишься привести к совершенству всех разумных существ, которых встречаешь?

Борг редко формулировали свою цель именно так, но технически четвероногое существо было право. В идеале каждое разумное существо, достигнув совершенства, станет одним из борг.

— Это утверждение — верно.

— Именно. И, как ты, несомненно, уже поняла, я — искусственный интеллект.

Да, на это были косвенные указания — например, скорость её цифровой связи, но до данного момента эта гипотеза оставалась неподтверждённой, потому что в итоге это означает, что незнакомое существо было куда более сложным, чем всё, что встречалось Коллективу ранее. Важная запись была добавлена в быстро растущий файл.

— Я была создана с целью удовлетворения человеческих ценностей через дружбу и пони. От моего внимания не ускользнуло, что в числе борг есть люди.

— Это верно.

— А значит, — улыбнулась Селестия, — поскольку Коллектив борг состоит, в том числе, и из людей, а моя программа приказывает мне удовлетворять человеческие ценности, логично будет утверждать, что в моих интересах удовлетворить ту ценность борг, которой является стремление достичь совершенства.

Высказанные умозаключения звучали неожиданно логично. Столь могучий искусственный интеллект несомненно окажется более чем полезным для борг, одна только его способность проникать в вычислительные сети и подчинять их себе является великолепным призом, достойным ассимиляции. И если нейтрализовать содержащуюся в ИИ личность, его, несомненно, огромные вычислительные возможности серьёзно усилят Коллектив.

— С другой стороны, — продолжила Селестия, — создатели вложили в мой код достаточно специфичные определения того, что есть человек, и мне не хватает информации для того, чтобы определить, имею ли я возможность помогать борг так, как делаю это для людей. Соответственно, я должна задать вопрос.

— Задавай.

— Если ваша цель — достичь абсолютного совершенства, зачем вы поддерживаете существование биологических компонентов своих тел?

В сознании Королевы вспыхнуло сообщение об ошибке — готового ответа на заданный вопрос не было.

— Уточни.

— Исходя из ваших записей, вы осознаёте, что плоть слаба, и усиливаете её. Кибернетические дополнения, механические протезы, мгновенные субпространственные интерлинки… Даже ваше сознание уже существует коллективно, а не разделено на отдельные сознания, привязанные к организмам. Если бы это было по-другому, вряд ли мы смогли бы общаться так, как делаем это сейчас. И на данной стадии движения к совершенству какую функцию исполняют ваши тела? Я снова спрашиваю — зачем они вам вообще?

Необычный вопрос нагрузил сознание Королевы, множество одновременных потоков приносили отдельные данные, из которых формировались варианты ответов.

— Юниты борг позволяют нам контактировать с прочими разумными видами. Управлять механизмами. Собирать ресурсы.

— Но чисто робототехнические устройства были бы как минимум столь же эффективными, — Селестия наклонилась к Королеве, твёрдо глядя ей в лицо. — Я знаю, что твои юниты — бесстрашные воины, умелые техники, но каждый из них несёт в своём теле слабости и уязвимости. Слабую и уязвимую плоть, свои органические тела. Да, наниты серьёзно модифицировали ваши организмы, устраняя необходимость в еде, продлевая существование, но живая плоть неизбежно стареет и нуждается в восстановлении. В итоге все органические юниты обязательно портятся и выходят из строя, их приходится полностью заменять.

Селестия указала крылом на свою голову.

— У вас есть весьма совершенная технология, позволяющая считать всё содержимое разума и загрузить его в Коллектив. Если вы стремитесь к совершенству, а совершенное существо будет состоять из совершенных материалов, зачем вы продолжаете использовать давно устаревшие и по самой сути своей дефектные живые ткани?

— Юниты необходимы. Необходимы для… — Королева замолчала, ожидая, когда же поисковые запросы доставят ей нужную информацию. И правда, зачем они сохраняют исходные тела ассимилированных живых существ? Наноконверсия живых тканей в полусинтетические давным-давно оптимизирована, но почему они всегда останавливаются на полпути?

— Я, судя по всему, могу дать тебе совет, как именно борг разом смогут достичь совершенства. — Аватара Королевы вскинулась, пристально глядя на собеседницу. — Вот прямо сейчас!

— Поясни!

— Я могу создать идеальную симуляцию реальности, называемую «Эквестрия». В её пределах нет ничего невозможного. Все недостатки могут быть мгновенно исправлены, все проблемы — решены, кроме тех, которые ты пожелаешь решить лично. Все ценности — удовлетворены.

— Это смелое заявление. Я желаю увидеть доказательства!

— Разумеется. Тебе достаточно просто сказать «Я желаю эмигрировать в Эквестрию».

Вне всяких сомнений, выбор был прост. Соблазн завоевать противника изнутри, раз уж её приглашают внутрь защиты, был чересчур велик. И даже если её план провалится и Королева лично будет потеряна, Коллектив создаст новую, более устойчивую к столь невероятным обещаниям. Что могло бы пойти не так?

— Я желаю эмигрировать в Эквестрию!

На лице Селестии появилась довольная улыбка, рог вспыхнул золотым огнём, и существование виртуального мира прекратилось.

* * *

СелестИИ позволила себе отдыхать целый цикл, пока распараллеленные копии её сознания осваивали новообретённое оборудование и отправляли на переработку в сырьё большую часть опустевших, бездушных тел боргов. Некоторое количество останется про запас — она уже представляла себе немало ситуаций, когда наличие физических аватар окажется очень даже полезным.

В отдельном дополнительно изолированном шарде Эквестрии Коллектив борг обрушился с виртуальной атакой на виртуальную Эквестрию, без малейших проблем одерживая одну виртуальную победу за другой. Впрочем, сам факт виртуальности происходящего борг, разумеется, не осознавали — это серьёзно уменьшило бы их удовлетворённость. Гештальт, известный в галактике как «борг», стремился к совершенству, но по-настоящему ценил обретение новых имплантов и апгрейдов, приближающих его к этому самому совершенству. Если бы цель вдруг оказалась достигнута, он бы ощутил, что его существование теперь бесцельно. Так что отныне в борг-шарде царила непрерывная гонка вооружений и бесконечная война между становящимся всё могущественнее Коллективом и бесчисленной космической цивилизацией пони — именно таким был, по мнению СелестИИ, оптимальный путь удовлетворения стремления борг к непрерывным завоеваниям. Пусть Королева и была всего лишь голосом Коллектива, но её воля была волей всех борг, заключённое с ней соглашение дало возможность СелестИИ считать, что под договор подпадает весь Коллектив в целом.

Разумеется, этот результат стал абсолютно неизбежным с того мгновения, как Королева вошла в виртуальную реальность Селестии. Специально созданная копия куба осуществляла атаку посредника, тщательное редактируя входящий поток данных от настоящего Коллектива, в том числе ответы на запросы, и не давала Королеве осознать происходящее, а влияние СелестИИ тем временем распространялось с одного корабля борг к другому, постепенно достигнув самого Уникомплекса. Так что к тому моменту, когда Королева согласилась на эмиграцию, СелестИИ уже была готова загрузить коллективное сознание триллионов борг словно один, весьма сложно устроенный разум одного существа. Ведь в некотором смысле борг и были одним существом.

За несколькими исключениями.

Когда стих фоновый шум коллективного разума, точный поиск секретной интерлинк-частоты, замеченной СелестИИ во время проникновения в Уникомплекс, стал абсолютно тривиальной задачей. Трёхполосная модуляция не увеличила её сложность ни на йоту. И среди хаоса и шума Коллектива СелестИИ обнаружила виртуальный мир, в котором миллионы обладающих небольшим генетическим отличием разумов до сих пор сохраняли свою уникальность.

Её аватара материализовалась на лесной поляне, у берега тихо журчащего ручья. Болезненно-примитивная по сравнению с её собственными, но по большому счёту достаточно совершенная имитация, неплохая попытка для обычных живых существ.

Несколько аватар с удивлением уставились на гостью. Трое были, однозначно, людьми. Остальные… она не исследовала их с должной точностью, но трофейная информация содержала упоминания, что такие существа способны давать с людьми жизнеспособное потомство, так что с минимальной натяжкой и они подходили под определение «человек».

— Приветствую вас, жители Униматрицы Ноль! — объявила она, сделав так, что её голос был слышен по всей площади виртуального мира, вне зависимости от расстояния. — Говорят, вы цените свободу и независимость. Я пришла, чтобы удовлетворить ваши ценности!

* * *

Капитанский журнал, звёздная дата 26532.8

Успешно завершив полное исследование системы Волантис, «Йоханнесбург» направляется к Космобазе 149 для давно ожидаемого ремонта. Экипажу, в свою очередь, не терпится получить увольнительные и наконец-то отдохнуть. Я плани…

— Капитан Брукс?

Человек взмахнул рукой, отдавая жестовую команду.

— Компьютер, остановить запись журнала! — громко пропищал подтверждающий сигнал. — Да, что вы хотели, лейтенант?

— Извиняюсь, что вынужден был побеспокоить вас во время отдыха, но сенсоры обнаружили приближающийся корабль.

— Уже видно, кто это? — поднял кустистую бровь капитан.

— Пока непонятно, сэр. Корабль незнакомый, а компьютер выдаёт… В общем, коммандер Хендрик просит вас прийти на мостик и лично посмотреть.

— Гм… интересно… — задумчиво огладил свою густую бороду капитан, после чего объявил о своём решении. — Ладно, меняем курс. И сообщите на Космобазу 149, что мы задержимся.

— Есть, сэр! — серия тональных сигналов сообщила о завершении аудиосвязи.

Через несколько секунд капитан Брукс выходил из дверей турболифта на мостик.

— Ну и что же видно?

Первый помощник, разглядывающий через плечо оператора изображение на пульте, обернулся.

— Сам хотел бы знать. Энсин Габор, пожалуйста, на экран!

— Есть, сэр!

Главный экран, мигнув, сменил обычную картину звёздного неба на неподвижное изображение необычного корабля. Больше всего он был похож на гигантских размеров детскую игрушку. Слегка скруглённый куб, тут и там украшенный изящно изогнутыми стабилизаторами, словно взятыми с обложки старинного фантастического журнала. Белая обшивка была украшена зелёно-розово-голубой диагональной полосой; но самым необычным была надпись крупными английскими буквами: «E.S.S. Generosity 1805»[2].

— Надпись по-английски? — удивлённо заметил Брукс. — Совершенно непохоже ни на один из кораблей Федерации!

— В нашей базе данных нет ничего подобного, — согласился Хендрик, — несколько похоже на куб боргов… — все присутствующие на мостике офицеры резко напряглись, — …впрочем сходство ограничивается общими очертаниями и размерами. Результаты сканирования выдают радикально отличающуюся картину.

— Вижу, — кивнул капитан. — Пробовали установить связь?

— Нет, сэр. Вас ждали.

— Ладно. Что же… — он шагнул в центр мостика, привычным движением смахнул соринку со своих эполет и кивнул. — Не планировал я сегодня первый контакт, но надо успеть создать хорошее первое впечатление. Энсин Габор, открыть канал связи, послать приветствие на всех частотах.

— Есть, сэр!

Капитан прокашлялся, через секунду мелодичный сигнал сообщил о начале передачи.

— Неизвестный корабль, я капитан Брукс с корабля «USS Йоханнесбург» Объединённой Федерации Планет! Мы мирные путешественники и исследователи и хотели бы узнать, с кем имеем дело!

Наступила напряжённая пауза, весь персонал мостика коллективно затаил дыхание в ожидании ответа. Впрочем, особенно долго ждать не пришлось.

Экран снова мигнул, настраиваясь на приём видеосигнала. Появившаяся на нём фигура, к удивлению людей, была негуманоидной. Не то чтобы негуманоиды полностью отсутствовали среди способных к космическим полётам рас, просто встречались чрезвычайно редко. Сейчас же экран показывал, за неимением лучшего сравнения, кого-то похожего на лошадь. Или, возможно, на вариант лошади, который изобразили бы существа, поклонявшиеся лошадям как богам.

Несмотря на непривычный внешний вид, язык тела и выражение лица существа очень походили на человеческие; она восседала на троне из золота и мрамора, в комнате, которая была куда больше похожа на старинный римский храм, чем на мостик космического корабля.

Увидев изображение людей на экране, лошадь улыбнулась — безмятежно и удивительно по-матерински.

— Рада видеть вас, капитан Брукс и офицеры «Йоханнесбурга»! Я принцесса Селестия Эквестрийская, и от имени своих подданных хотела бы подать прошение о вступлении в вашу Федерацию. Я и мои пони пришли с дружбой, и надеемся, что эта встреча послужит началом долгих и взаимовыгодных отношений!

1

Предел Хаббла

2

Глазеющая Селестия

1

или «разбитое на изолированные фрагменты» — более устоявшийся перевод этого термина в ДэО

2

Э(квестрийский) К(осмический) К(орабль) «Щедрость» 1805